Любовь по Цикенбауму - Игорь Соколов

Просто это был вакуум, из которого не могли выбраться ни я, ни девы, ни тем более профессор Цикенбаум…

И тогда Цикенбаум сказал: Это вакуум!

Но легче от этого никому не стало, так как все и так поняли, что это вакуум, и что этот пейзаж бесконечно растянут, как и материя, из которой мы были все созданы… И поэтому каждый божий день мы все напивались и сношались… И я, и Цикенбаум, и девы…

Водка здесь валялась повсюду под каждым деревом, с которого мы срывали бананы и закусывали ими водку… И под каждым деревом валялась или валилась дева страстно жаждущая проникновения в нее…

И мы проникали во все, что было создано для нашего безумного проникновения… Мы пили водку и проникали жадными взглядами в небо…

Мы обнимали дев и проникали в их ненасытные лона… Но вакуум созданный неизвестным никуда не убирался…

Он и был для нас тем самым пейзажем, в котором мы рождались и умирали, не ведая того, для мы здесь, то есть мы-то понимали, что только для этого безумного проникновения, но в душе мы хотели, желали чего-то еще, что было спрятано от нас этим бесконечным пейзажем… И мы плакали, и тосковали…

Мы напивались и снова сношались, пытаясь что-то еще такое извлечь из наших жадных и ненасытных тел… И наши тела уже едва слушались нас…

Ибо кто в страстном совокуплении, как и в сильном опьянении может быть, то есть оставаться собой… Следовательно, вакуум лишал нас нашего же лица, и мы как куклы в театре исполняли чье-то ненасытное желание пить водку и совокупляться до скончания наших дней, и это было ужасно…

И Цикенбаум признался мне в этом, и мы хотели побыть вдвоем, чтобы обдумать свою долю, но безумные девы бросались на нас и мы пойманные их чудными лонами, снова позабывали о том, что мы в вакууме… И так вакуум съедал нас, оставляя вместо нас те же сношающиеся и безумные тени… И никто из бывших после ничего не мог сказать о нас или вспомнить, ибо он тоже напивался и сношался как мы…

И ему тоже вакуум слепил глаза и закладывал вечной тишиной уши… Но мы с Цикенбаумом возникали здесь снова и снова, как и девы, и водка, и этот странный пейзаж растянутый до бесконечности, ибо где-то внутри Вселенной нарушилось какое-то равновесие, и поэтому мы то исчезали, то возникали, то напивались, то сношались, и этому не было конца, таким образом мы добились бессмертия внутри вакуума, но не могли выйти из него, а поэтому и не понимали для чего все это и кем придумано…

Мы жили, чтобы пить водку и сношаться, и бесконечно задавать себе вопросы, чтобы этими вопросами продолжать растягивать наш пейзаж, как и вакуум из него до бесконечности…

А что будет дальше, так никто и никогда не узнает, и это иногда как-то странно утешает нас с Цикенбаумом, ведь мы повторяющие чью-то судьбу, складываем вместе в одном и том же вакууме одно единое создающееся из ниоткуда в никуда Бессмертие…

Потому что Цикенбаум сказал, и все сразу поняли, что это просто был вакуум… Аминь!…